Горбачев и другие. Летопись 1985–1991 годов - Валентин Колесов

Горбачев и другие

Летопись 1985—1991 годов

Валентин Иванович Колесов

Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом,

разделившийся сам в себе, не устоит.

Вы никогда не узнаете всей правды.

© Валентин Иванович Колесов, 2017

ISBN 978-5-4483-6813-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

В 1982 году член Политбюро, генеральный секретарь Брежнев скончался в возрасте 75 лет.

В 1984 году член Политбюро, генеральный секретарь Андропов скончался в возрасте 70 лет.

В 1985 году член Политбюро, генеральный секретарь Черненко скончался в возрасте 73 лет.

У интеллигенции появился анекдот: «Открыт новый элемент таблицы Менделеева – политбюролеум, с периодом полураспада полгода».

1985

Март-85

11 марта на заседании Политбюро Громыко первым взял слово: Предлагаю избрать генеральным секретарем товарища Горбачева… (дает характеристику) … Товарищи, у этого человека хорошая улыбка и железная рука…

Накануне заседания произошли следующие события. Сразу после кончины Черненко к А.Н.Яковлеву приехал Примаков: «Александр Николаевич, меня просил переговорить с тобой Анатолий Громыко, сын нашего министра иностранных дел: нельзя ли провести зондажные, ни к чему пока не обязывающие переговоры между Громыко и Горбачевым. Роль посредника, как просит Андрей Андреевич, падает на тебя».

Примаков знал, что у Яковлева были хорошие отношения с обоими.

Яковлев передал просьбу Горбачеву.

Горбачев: «Ты продолжи переговоры, по крайней мере, не уклоняйся от них, попытайся внести в них конкретное содержание, то есть выяснить, что за этим стоит конкретно».

Яковлев поговорил с Громыко-сыном: «Горбачев отнесся к размышлениям на этот счет с вниманием. Но хотелось бы уточнить, что реально скрывается за этим сюжетом, какие реальные соображения. Ни вам, Анатолий Андреевич, ни мне не хотелось бы во всей этой истории оказаться закулисными придурками».

Громыко-сын «Чтобы не наводить тень на плетень, я изложу то, что сам думаю по этому поводу. Если это покажется неприемлемым, то будем считать, что я говорил только от своего имени и по своей инициативе. Мой отец уверен, что возглавить партию в сложившихся условиях может только Горбачев. Он, Громыко, готов поддержать эту идею и сыграть инициативную роль на предстоящем заседании Политбюро. В то же время отцу надоело работать в МИДе, он хотел бы сменить обстановку. Речь идет о Верховном Совете СССР».

Горбачев Яковлеву: «Передай Андрею Андреевичу, что мне всегда было приятно работать с ним. С удовольствием буду это делать и дальше, независимо от того, в каком качестве оба окажемся. Добавь также, что я умею выполнять свои обещания».

Через переговорную цепочку Громыко предложил встретиться с глазу на глаз. Такая встреча состоялась.

В аппарате ЦК готовилось выдвижение Гришина, главы Москвы. Но на Политбюро Гришин мгновенно понял, что вопрос предрешен и поддержал предложение Громыко. К нему сразу же присоединился премьер Тихонов.

Соломенцев, глава Комитета партийного контроля: Другой кандидатуры у нас просто нет.

Чебриков, глава КГБ: Чекисты поручили мне назвать кандидатом Горбачева. Вы понимаете, что голос чекистов, голос нашего актива, это и голос народа.

Остальные поддержали.

В тот же день секретарь ЦК, член Политбюро Горбачев открыл пленум Центрального комитета КПСС, предоставил слово Громыко. Он от имени Политбюро предложил избрать Горбачева генеральным секретарем. Принято единогласно.

Горбачев: Сегодня пленум Центрального Комитета возложил на меня сложные и большие обязанности генерального секретаря ЦК КПСС. Хорошо понимаю, сколь велико оказанное мне доверие и сколь велика связанная с этим ответственность. Обещаю Вам, товарищи, приложить все силы, чтобы верно служить нашей партии, нашему народу, великому ленинскому делу.

Новому генсеку 54 года. Появился анекдот: «Слыхали, Горбачева в Политбюро никто не поддерживает. – Как так? – Он сам ходит, его никто не поддерживает».

Позднее Крючков и Лукьянов говорили, что Андропов никогда не называл Горбачева своим преемником, а даже как-то сказал: слишком торопливый, и это Андропова смущало. Андропов называл другую фамилию в качестве кандидата на генсека – Романова Григория Васильевича. (О Романове был запущен слух, будто бы он справлял свадьбу своей дочери в Эрмитаже. Расследование установило, что этого не было. Горбачев рекомендовал Романову не выступать с опровержением слухов).

В 1983 году Маргарет Тэтчер присутствовала на похоронах Андропова. Состоялась беседа ее с Горбачевым, в которой участвовал А.Н.Яковлев. В своем кругу Тэтчер заявила: «С этим человеком можно иметь дело».

В 1984 году в Женеве вице-президент Буш уверенно заявил советскому послу Исраэляну: «Вашим следующим лидером будет Горбачев, я хотел бы с ним встретиться».

Через неделю в Москве Исраэлян доложил об этом Громыко. Тот долго молчал и потом заговорил о другом.

Громыко был назначен председателем президиума Верховного совета – президентом, по западным понятиям.

Тэтчер впоследствии говорила: «Мы сделали Горбачева генеральным секретарем».

Апрель-85

На пленуме ЦК доклад Горбачева об общих задачах: Яснее стала концепция перестройки хозяйственного механизма…

Горбачев в поездках по стране: Видимо, всем нам надо перестраиваться, всем… Страна в предкризисном состоянии. Симптомы нравственной деградации, эрозии революционных социалистических ценностей, многочисленные факты очковтирательства и взяточничества. Злоупотребление властью, зажим критики. Практика приписок ради наживы. Бюрократизм, коррупция, конформизм, лизоблюдство. Незаконные привилегии. И всё это проявления ненавистного старого, с которыми нужно решительно бороться. Поэтому – только вперед! Больше социализма, больше демократии. И в этом суть Перестройки.

Горбачев пошел в народ: на улицы, в магазины… В Ленинграде на улице женщина сказала: «Будь близок к народу, и мы тебе не изменим». «Куда уж ближе этого?», – ответил он.

Горбачев: Наш главный лозунг – ускорение темпа социального и экономического развития. Благодаря этому будет обеспечена цивилизованная жизнь через два-три года.

На политбюро решили: главное – резкое ускорение научно-технического прогресса, увеличиваем инвестиции в гражданское машиностроение в 1,8 раза.

В июле Горбачев в Днепропетровске: добавил к машиностроению электронику, электротехнику, биотехнологию, металлургию и химию.

В сентябре Горбачев в Западной Сибири: добавил нефтяную и газовую промышленность.

Рыжков на политбюро: Невозможно бежать сразу по нескольким дорожкам. Михаил Сергеевич, товарищи – прошу, умоляю оставить два – три направления, деньги растекутся без пользы…

Горбачев: Ты не понимаешь важности момента. Время требует!

Укреплены кадры: в июле из политбюро выведены Романов, затем Тихонов, Гришин. Членами политбюро стали Рыжков, Лигачев и Шеварднадзе. Шеварднадзе стал министром иностранных дел. Председателем Совета Министров вместо 80-летнего Тихонова назначен Рыжков (56 лет), бывший директор Уралмаша.

В апреле Горбачев видит, как из зала Верховного Совета выводят под руки пьяного Ельцина, сопровождающие говорят: С нашим первым случается, иной раз перехватит лишнего.

Лигачев объезжал провинциальные обкомы в поисках столь же решительных руководителей, как он сам. Ельцин понравился ему теми же чертами, которые отличали его самого: человека административного склада, жесткого, скорого на подъем и на расправу с нерадивыми или неугодными, способного, как говорил про себя Лигачев, «так крутануть маховик дела, чтобы людям добрым стало хорошо, а чертям жарко». По его рекомендации Ельцина перевели в Москву на должность заведующего отделом строительства ЦК.

Июнь-85

Ельцин назначен секретарем ЦК по строительству. Ему предоставили большую дачу, из которой только что выехал Горбачев.

Ноябрь-85

Рассказывает Маргарет Тэтчер: Когда я присутствовала на похоронах Черненко в Москве, то почти час беседовала с господином Горбачевым в Кремле. Атмосфера была более официальной, чем в моей британской резиденции, и молчаливое сардоническое присутствие господина Громыко не помогало. Но я смогла объяснить им последствия политики, о которой мы договорились с президентом Рейганом, прежде всего по Стратегической оборонной инициативе. Как мы и ожидали, господин Горбачев придал советскому правительству новый стиль. Он открыто говорил об ужасающем состоянии советской экономики, хотя на этом этапе он еще больше опирался на методы, связанные с кампанией господина Андропова за большую эффективность, чем на радикальную реформу.